bookmatejournal

Category:

Предсказания Рэя Брэдбери, Стругацких и Бена Элтона: от экоактивизма до веры в фейки

Политкорректность, вера в фейки, культура бойкотов — все это фантасты предвидели еще десятилетия назад. Рассказываем о пророчествах писателей, которые способны потягаться с Нострадамусом.

Иллюстратор Victor Mosquera / booooooom.com
Иллюстратор Victor Mosquera / booooooom.com

Братья Стругацкие: Грета Тунберг и юные экоактивисты

Грета Тунберг — символ движения, благодаря которому более 2 миллионов подростков по всему миру участвовали в школьных забастовках против изменения климата. Источник: Eleanor Taylor / nbcnews.com
Грета Тунберг — символ движения, благодаря которому более 2 миллионов подростков по всему миру участвовали в школьных забастовках против изменения климата. Источник: Eleanor Taylor / nbcnews.com

В реальности:

В 2019 году 16-летняя Грета Тунберг выступила на конференции ООН по изменению климата. Прецедент вышел потрясающий: подросток объяснял толпе дипломатов, как нужно жить и заботиться об экологии. А чуть раньше Грета уговорила своих родителей отказаться от авиаперелетов и перейти на веганскую диету ради сокращения выбросов парниковых газов.

Девочка, распекающая ООН, — только верхушка айсберга. Еще за год до нашумевшей конференции дети из разных стран отчитывали взрослых за безответственность — в «Школьных забастовках за климат» приняли участие 1,4 миллиона юных экоактивистов.

В книге:

Грете Тунберг определенно понравилось бы в промокшем до кирпичика дождливом городе из повести братьев Стругацких «Гадкие лебеди». Местные дети поставили под сомнение авторитет и право родителей воспитывать их и объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо.

Писатель Виктор Банев спасается от репрессий и приезжает в провинциальный город. Местные интеллектуалы-мутанты воспитывают детей и делают из них вундеркиндов. Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий «Гадкие лебеди»
Писатель Виктор Банев спасается от репрессий и приезжает в провинциальный город. Местные интеллектуалы-мутанты воспитывают детей и делают из них вундеркиндов. Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий «Гадкие лебеди»

Маленькие бунтовщики не расхаживали с плакатами и не устраивали бойкотов. Но вместо того, чтобы гулять и веселиться, как все нормальные школьники, они тратили время на чтение Освальда Шпенглера и Эриха Фромма, а затем задавались сложными вопросами. Возможно ли научиться счастью у несчастных? Стоит ли учиться строить у тех, кто всю жизнь возводил колоссы на глиняных ногах? Ответы, которые они для себя уяснили, не понравились бы ни одному родителю. В их холодной, безжалостной логике не осталось «ничего святого» и «ни малейшего чувства благодарности или хотя бы элементарного уважения» к старшим.

«Вы сожрали себя, простите пожалуйста, вы себя растратили на междоусобную драку, на вранье и на борьбу с враньем, которую вы ведете, придумывая новое вранье. <…> Вы ругали правительство и порядки, как будто вы не знаете, что лучшего правительства и лучших порядков ваше поколение… да попросту недостойно. <…> Мы совсем не жестоки, а если и жестоки, с вашей точки зрения, то только теоретически. Ведь мы вовсе не собираемся разрушать ваш старый мир. Мы собираемся построить новый. Вот вы жестоки: вы не представляете себе строительства нового без разрушения старого. А мы представляем себе это очень хорошо».

Вскоре взрослые нашли виновников порчи молодежи. Ненавидимые нормальными горожанами «очкарики» привили детям неизлечимую тягу к книгам и научили полагаться на свою голову вместо традиций и проверенных временем ценностей. Они страдают от малоизученной генетической болезни, не могут получать удовольствие от выпивки и заражают школьников своим странным представлением о счастье. Жить «за счет травы, за счет облаков, за счет текущей воды… за счет звезд». Но не так, как привык человек, вытаптывающий траву, рассеивающий облака, тормозящий воду. Не насилуя, а объединившись с окружающим миром. Чем не мечта экоактивистов?

Рэй Брэдбери: клиповое мышление, стерильная политкорректность и культура отмены

Постер для фильма «451 градус по Фаренгейту». Режиссер Рамин Бахрани, 2018 год. Источник: imdb.com
Постер для фильма «451 градус по Фаренгейту». Режиссер Рамин Бахрани, 2018 год. Источник: imdb.com

В реальности:

В начале июля около 150 ученых, деятелей искусства и философов выступили с открытым письмом против cancel culture («культуры отмены» или «культуры бойкота»). Среди подписавших письмо были шахматист Гарри Каспаров, социальный психолог Малкольм Гладуэлл и Джоан Роулинг, на которую месяцем ранее разгневанные активисты наклеили ярлык трансофоба. Писательница задела чувства трансгендеров, посмеявшись над определением «менструирующий человек».

Культура отмены — это стихийный или организованный бойкот человека и его творчества как за серьезные преступления, так и за мало-мальски неполиткорректные высказывания. Часто он сопровождается травлей провинившегося (а иногда и тех, кто рискнул его поддержать) в соцсетях. «Отменить» можно и живого, и мертвого, предав забвению его наследие.

Уже не первый год активисты пытаются сделать мир лучше, предлагая забыть Поля Гогена и все его картины за то, что художник во время путешествия на Таити вступал в сексуальную связь с 13–14 летними девочками. Раздаются призывы прекратить будить Ктулху — Говард Лавкрафт был расистом и неоднократно демонстрировал это в своих произведениях.

Но если над отменой классиков общество пока только размышляет, то современники постоянно рискуют вылететь из культурной и профессиональной жизни, сказав что-нибудь не к месту и задев чьи-то чувства. «Редакторов увольняют за публикацию спорных материалов; книги изымают якобы из-за несоответствия истине; журналистам запрещают писать на определенные темы; преподавателей преследуют за цитирование литературных произведений в классе; ученых увольняют, когда они пытаются распространять свои исследования…» — рисуют мрачную, буквально антиутопическую картину авторы письма, опубликованного в журнале Harper’s Magazine.

В книге:

Цивилизация, запретившая ради всеобщего счастья все, что может хоть кого-нибудь расстроить или обидеть, — один из самых беспокойных и неуютных кошмаров Рэя Брэдбери. Фантаст всегда опасался стремления человечества создать стерильную культуру и избавиться от всех идей, не прошедших проверку.

В романе «451 градус по Фаренгейту» (написанном в 1953 году!) люди решили не ограничиваться полумерами и отменили всю литературу целиком. Книги всех писателей, от Шекспирадо Фолкнера, предают огню пожарные — по ироничной метафоре Брэдбери, именно те, кто раньше боролся с разрушающим огнем.

Интерактивное телевидение оболванивает зрителей, а за инакомыслящими охотится электрический пес. Сейчас этот роман актуален, как никогда. Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»
Интерактивное телевидение оболванивает зрителей, а за инакомыслящими охотится электрический пес. Сейчас этот роман актуален, как никогда. Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»

Писателю было недостаточно просто рассказать страшилку — он описал сочетание культурных и экономических феноменов, благодаря которым она может стать реальностью. Люди променяли романы и стихи, заставляющие думать и сомневаться, на «телевизорные» стены. На огромных экранах все просто и однозначно: днями напролет по ним крутят спортивные соревнования и мелодрамы без сюжета и смысла. У этих сериалов нет конца, у их героев нет цели, они лишь ссорятся по мелочам, непременно мирятся, и все повторяется сызнова, точь-в-точь как в реалити-шоу.

А дальше сработали естественные законы рынка, где покупатель голосует кошельком. Массовый покупатель эпохи информационного шума голосует за простое, клиповое и то, что можно прожевать моментально. А разве книги такие? Сначала издатели попытались ужать пространные романы: «Темп ускоряется. Книги уменьшаются в объеме. Сокращенное издание. Пересказ. Экстракт. Не размазывать! Скорее к развязке!» Так и у нас — клиповая культура в самом разгаре.

Но этого оказалось мало. Хорошо продается только то, что никого не задевает: «Чем шире рынок, тем тщательнее надо избегать конфликтов».

«Возьмем теперь вопрос о разных мелких группах внутри нашей цивилизации <…> берегитесь обидеть которую-нибудь из них — любителей собак или кошек, врачей, адвокатов <…> мормонов, баптистов, <…> потомков китайских, шведских, итальянских, немецких эмигрантов… Все эти группы и группочки, созерцающие свой пуп, — не дай бог как-нибудь их задеть! Злонамеренные писатели, закройте свои пишущие машинки!»

Как поступить с уже написанными произведениями? В них так много оскорбительного. Запретить? Отменить? Сжечь.

«Цветным не нравится книга „Маленький черный Самбо“. Сжечь ее. Белым неприятна „Хижина дяди Тома“. Сжечь и ее тоже. Кто-то написал книгу о том, что курение предрасполагает к раку легких. Табачные фабриканты в панике. Сжечь эту книгу. Нужна безмятежность, Монтэг, спокойствие. Прочь все, что рождает тревогу. В печку!»

О личной жизни напоказ, слепой вере в фейки и возвращении эпидемий кори  — читайте в продолжении материала на Bookmate Journal

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened